Роберт Кийосаки, давно объединяющий биткоин, эфириум, серебро и золото в один инвестиционный класс, назвал владение этими активами страховкой против финансовых неурядиц. Автор бестселлера «Богатый папа, бедный папа» подчеркнул: подготовка к денежным кризисам — это не то же самое, что пророчество катастрофы, и одновременно раскритиковал государственные валюты.
В своём последнем посте в соцсети Кийосаки назвал себя «финансовым препаратором» и провёл аналогию с автомобильной страховкой: люди покупают её не потому, что хотят разбить машину, а потому что хотят защиты, если что-то пойдёт не так. Идея возникла после разговора с женщиной, которая усомнилась, не слишком ли пессимистично готовиться к экономическим неприятностям.
«Владеете ли вы золотом, серебром, биткоином?» — спросил инвестор и повторил центральный тезис своей философии: «Мне нужны только деньги, которые правительство не может напечатать». Его опасения типичны для этого уровня общественного дискурса: потеря покупательной способности из-за инфляции и расширения денежной массы. По его мнению, владение редкими активами за пределами государственных валют обеспечивает защиту. Биткоин подходит этой логике особенно хорошо — его предложение зафиксировано на уровне 21 млн монет, хотя редкость сама по себе не гарантирует сохранение стоимости денег на конкретном временном горизонте.
Последние высказывания Кийосаки менее апокалиптичны, чем его более ранние прогнозы, но базовая стратегия осталась неизменной. Ранее инвестор предупреждал, что растущий долг, инфляция, геополитическая напряженность вокруг энергоресурсов и кризис традиционных пенсионных систем могут слиться в масштабный финансовый крах. Его средство защиты — те же BTC, золото и серебро как альтернатива классическим денежным сбережениям.
При этом Кийосаки продолжает накапливать активы во время рыночных спадов. Несколько месяцев назад он предупреждал об ускорении финансового кризиса, а затем заявил, что накапливает биткоин и эфириум вместо того, чтобы уходить в наличность. Однако его позиция колебалась: в июне он объяснял, почему пока не покупает на падении, хотя цены достигли дна буквально через неделю.